Рав Нафтали Амстердам רבי נפתלי אמסטרדם

Из тройки первых учеников Салантера — Блазер, Симха Зиссель, Амстердам — он был тот, кто вздыхал: «будь у меня голова автора „Шаагат Арье“, сердце автора „Йесод ве-шореш а-авода“ и качества моего учителя…» Последние годы прожил в Иерусалиме, рядом с Блазером; там и похоронен.

Ремесло у него было раввинское, а мечта — пекарская: он всерьёз учился печь, чтобы кормиться трудом рук и никому не быть в тягость, — и раввинство Гельсингфорса потом вспоминал как испытание, а не как честь. Таков был мусар Салантера в его чистом виде: страх перед почётом сильнее страха перед бедностью.

Его знаменитый вздох — «голову „Шаагат Арье“, сердце „Йесод ве-шореш а-авода“, качества учителя» — Салантер оборвал: «Нафтали, со своей головой, со своим сердцем и со своими качествами — служи как ты». Эту поправку мусар повторяет до сих пор.

В 5666-м он поднялся в Иерусалим — старик среди учеников учеников, живое звено к Салантеру, — и там умер через десять лет, немного не дожив до конца той войны, что переворошила весь его мир.