Тора с небес תורה מן השמיים

Не «книга хорошая», а «книга дана». На этом стоит всё остальное: если Тора не с небес, спор о законе — спор о вкусах, и Талмуд не имеет предмета.

Мишна в Санэдрине перечисляет тех, у кого нет доли в будущем мире, и среди них — говорящий, что Тора не с небес. Строка жёсткая, и стоит понять, о чём она. Не о том, что нельзя задавать вопросов: вся Гемара из вопросов и состоит. О том, откуда предмет спора.

Что это значит на деле. Что закон не изобретают, а выводят; что мудрец не законодатель, а толкователь; что большинство решает не «как нам удобнее», а «как выходит из полученного». Отсюда и странная на посторонний взгляд вещь: мнение, отвергнутое в законе, всё равно записывают и учат — потому что оно тоже часть данного.

И Устная Тора. Восьмая основа Рамбама говорит не только о свитке: вместе с написанным дано и толкование. Без этого «око за око» читается буквально, а «не вари козлёнка в молоке матери его» не читается никак.

Где здесь спор нового времени. Именно тут прошла главная линия расхождения девятнадцатого века: реформа и критическая наука стали читать Тору как книгу, сложившуюся во времени; ортодоксия ответила, что тогда рушится основание всего строения. Спор этот в нашем справочнике виден по статьям о Мендельсоне, Гирше и Франкеле, и мы его не решаем — мы показываем, где он проходит.