Цдака Бехор Хуцин צְדָקָה בְּכוֹר חוּצִין

Чума 5503 года выкосила раввинов Багдада, и община выписала главу из Алеппо. Он приехал с пятьюдесятью сефардскими семьями — и с этого приезда иракская практика стала сефардской.

В 5503 году чума в Багдаде убила большую часть раввинов города. Община обратилась в Алеппо, и оттуда прислали рабби Цдаку (Садку) Бехора Хуцина главным раввином, а с ним — около пятидесяти сефардских семей.

Это событие важнее, чем выглядит в перечне дат. Именно оно сделало иракскую практику сефардской и привязало Багдад к сети Ливорно — Салоники — Алеппо: через неё пошли книги, ответы, брачные связи и торговые дома. Весь позднейший багдадский XIX век — Абдалла Сомех, Бен Иш Хай, мидраш Бейт Зильха — стоит на этом основании, и без 5503 года его не понять.

Здесь же надо снять одно утверждение, которое ходит в популярных изложениях. «Рабби Яаков бен Йосеф, возродивший Багдад после 5294 года» — ни в одном источнике, который удалось проверить, не встречается, и печатать его не следует. Ни «Еврейская энциклопедия» 5666 года, ни «Encyclopaedia Judaica», ни общинные описи такого раввина XVI века не знают. Документированный возродитель багдадской учёности — именно Цдака Бехор Хуцин, из Алеппо, с 5503 года, то есть двумя веками позже. Возможно, имя есть искажение шейха Ицхака Гаона, чья багдадская усыпальница — шестнадцатиколонная Бейт а-кнесет шейх Ицхак Гаон — была средоточием возрождённой общины; но это фигура гаонского времени, чью могилу чтили, а не раввин XVI века. Усыпальницу, кстати, остаток иракской общины восстановил в 5785 году — первое восстановление еврейской святыни в Ираке за поколения.

И третье, что стоит помнить о всём этом времени: взятие Багдада Сулейманом в 5294 году не дало немедленного возрождения. Педру Тейшейра в начале XVII века застал в городе двадцать-тридцать тысяч домов, из которых еврейских — двести-триста. То есть через семьдесят лет после османского завоевания Багдад оставался малым еврейским городом. Подъём — явление XVII века, закреплённое лишь после 5503-го.