Рав Шмуэль бен Али רב שמואל בן עלי

Последний восточный глава ешивы, чьи писания дошли до нас. Его слово ставило судей от Ассирии до Персии — так это видел Петахия. И он же первым возразил Рамбаму о воскрешении мёртвых, ещё при его жизни.

Он стоял во главе багдадской ешивы около тридцати лет и умер в 4954 году. Прозвание его — «а-Леви», и в справочниках он идёт как самый значительный вавилонский учёный двенадцатого века.

О размерах его власти есть свидетельство со стороны. Рабби Петахия из Регенсбурга, прошедший этими краями, записал: во всей Ассирии, в Дамаске, в городах Персии и Мидии и в Вавилонии нет судьи, которого не поставил бы Шмуэль. Для ашкеназского путешественника это было главным потрясением поездки: община, у которой есть власть, а не только согласие.

И он же — начало спора о Рамбаме. Он писал замечания на «Мишне Тора» и возражал Рамбаму о воскрешении мёртвых и о будущем мире; с учеником Рамбама, рабби Йосефом бен Йеудой, он спорил об этом же в лицо. В ответ Рамбам написал «Маамар тхият а-метим». Через сорок лет тот же спор вспыхнет в Провансе и кончится сожжением книг — но начался он здесь, при жизни того, о ком спорили.

У него была учёная дочь, известная как Бат а-Леви: она преподавала, оставаясь невидимой за окном.