Иехуда Лейб Пинскер יהודה לייב פינסקר

Врач, который всю жизнь верил в просвещение как в лекарство от вражды, а после погромов 5641 года написал: лекарства нет, потому что болезнь не в чужой темноте, а в нашей бездомности.

Томашов дал ему рождение — 5582 год, — а Одесса дала юность: город, где еврей мог учиться, лечить, богатеть и чувствовать себя почти как все. Пинскер стал врачом, получил от властей медаль за работу в холеру и много лет писал в русско-еврейские журналы одно и то же: дайте евреям образование и права, и вражда пройдёт сама.

Перелом. Одесский погром 5631 года его поколебал, погромы 5641 года после убийства царя — сломали. Ему было шестьдесят, он поехал в Европу искать поддержки у западных единоверцев и не нашёл. Тогда он сел и написал по-немецки брошюру в несколько десятков страниц и издал её 1 января 5642 года в Берлине без имени: «Автоэмансипация. Призыв к соплеменникам от русского еврея».

Что в ней сказано. Юдофобия — не мнение, которое можно переспорить, а нечто вроде наследственного страха: народы видят среди себя народ без земли, без языка власти, без своего угла — и видят призрак. Призрака не переубеждают. Эмансипация дала евреям права как отдельным людям, но не вернула им положения народа среди народов, а «милостыню в виде прав» никто не уважает. Значит, освобождение может прийти только своими руками — отсюда и слово в заглавии. Пинскер писал не «в Землю Израиля» непременно: ему нужна была своя земля, и он был готов обсуждать, какая. К мысли о Земле Израиля его привели те, кто читал брошюру.

Ховевей Цион. Читатели нашлись в России: кружки «любящих Цион», которые уже посылали людей в Ришон ле-Цион и Зихрон Яаков. В 5645 году в Катовицах собрался их первый съезд, и Пинскера — человека без религиозного авторитета, без денег, без партии — выбрали во главе. Съезд назвали именем Монтефиоре, чтобы не пугать власти. Дальше были восемь лет тяжёлой работы: деньги, которых мало, поселения, которые не кормят себя, спор между теми, кому важнее заповеди Земли, и теми, кому важнее хозяйство. Он умер в Одессе в 5652 году, за девять лет до Первого конгресса, и Герцль признавался, что если бы прочёл «Автоэмансипацию» раньше, «Еврейского государства», может, и не написал бы: всё уже было сказано. В 5694 году его прах перевезли в Иерусалим и положили в пещере Никанора на Скопусе.