Кидуш а-Шем קידוש השם

«И освящусь Я среди сынов Израиля». Три вещи, которых нельзя сделать даже под угрозой смерти; а в час гонения на веру — и малое.

Стих, из которого всё выводится, короток: «И не оскверняйте имени святости Моей, и освящусь Я среди сынов Израиля» (Ваикра 22:32). Отсюда две обязанности сразу: не бесчестить Имя и — освящать его.

Правило. Талмуд (Санедрин 74а) закрепляет то, что было решено на чердаке дома Ницы в Лоде: во всех запретах Торы, если принуждают под страхом смерти, — преступи и не погибни; кроме трёх — идолопоклонства, запретных связей и пролития крови. В этих трёх — погибни и не преступи.

И оговорка, которая объясняет всю еврейскую историю средневековья. В час, когда указом гонят на веру, правило меняется: тогда и в малом — погибни и не преступи, вплоть до того, как завязывают ремень сандалии, если именно этим велено показать отступление. Потому что тогда требуют не поступка, а отречения, и уступка в мелочи есть уступка в главном.

Рамбам сводит это в «Илхот йесодей а-Тора», глава пятая, и различает: то, что делается по принуждению наедине, и то, что делается на людях — при десяти евреях.

Как это выглядит в истории. Десять казнённых царством при Адриане. Общины Вормса, Майнца и Шпейера весной 4856 года, где многие предпочли умереть, чем креститься. Хмельнитчина. Шломо Молхо, которому предложили помилование ценою возврата в христианство. Рабби Эльханан Вассерман в Каунасе. Ряд этот длинный, и слова «кидуш а-Шем» стоят над ним всем.

Стоит сказать и обратное, чтобы не вышло перекоса. Правило по умолчанию — «преступи и не погибни»: жизнь в еврейском законе стоит выше почти всего, и умирать положено только там, где перечислено. Из этого же корня растёт «пикуах нефеш» — отмена почти любого запрета ради спасения жизни. Одно и то же учение говорит и «живи», и «умри»; вся трудность в том, чтобы знать, когда что.