Шеэлот у-тшувот — вопросы и ответы שאלות ותשובות

Жанр, родившийся из расстояния: община спрашивает письмом, учитель отвечает письмом. И оттого это лучший источник о том, как люди жили на самом деле, — вопросы задавали не отвлечённые.

Началось с географии. После мусульманского завоевания евреи оказались в одном государстве от Испании до Персии и разъехались по нему; общине в Кайруане не у кого было спросить, и она писала в Багдад. Гаоны отвечали, ответы переписывали и хранили. Так сложился жанр.

Дальше он не прекращался тысячу лет и не прекратился до сих пор. Респонсы есть у гаонов, у Рифа, у Рамбама, у Рашбы, у Маарама из Ротенбурга, у Радбаза, у Иссерлейна, у Бруны, у Эргаса, у Хатам Софера — и дальше без перерыва.

Чем это отличается от свода. Свод говорит, как поступать вообще. Респонс отвечает на случай: вот что произошло, вот что спрашивают, вот ответ. Поэтому в респонсах видно то, чего нет больше нигде: цены, ремёсла, договоры, ссоры соседей, положение женщин, отношения с иноверцами, бегство от погрома, выкуп пленных, вопросы анусим о том, что им теперь делать. Историки читают их как главный источник о еврейском быте — и не потому, что автор хотел оставить свидетельство, а потому, что не хотел: он решал дело.

Как это устроено. Вопрос излагает обстоятельства; ответ разбирает их по Талмуду и предшественникам и кончается решением. Спрашивающий не обязан слушаться любого — он выбирает, кому написать, и авторитет отвечающего держится на признании. Тем и жила еврейская правовая жизнь без центральной власти: письмами.

В базе этого справочника респонсы стоят источником у десятков статей — и почти всегда там, где нужно узнать не что постановлено, а что было.