Яровам Второй: последний расцвет Израиля
Сорок один год царствования, границы шире, чем когда-либо после Шломо, серебро в Шомроне — и ровно в эти годы Амос считает, за сколько там продают бедного.
Когда это было
- через 675 лет после Исхода из Египта
- через 195 лет после постройки Первого Храма
- за 215 лет до разрушения Первого Храма
- за 705 лет до разрушения Второго Храма
Кто был жив: Амацьяу47Узияу24Невухаднецар II4
А в мире тогда: 3140–3167 · ок. 621 до н. э. — 594 до н. э. Законы Драконта и реформы Солона3101 · ок. 660 до н. э. Ашшурбанипал и библиотека Ниневии3097–3151 · ок. 664 до н. э. — 610 до н. э. Псамметих и Саисское возрождение3149 · ок. 612 до н. э. Мидия и падение Ассирии3149 · ок. 612 до н. э. Падение Ниневии
Яровам бен Йоаш царствовал сорок один год — дольше всех царей Израиля. Он вернул границу «от Лево-Хамат до моря Аравы», то есть от северного прохода в Сирию до Мёртвого моря: почти вся территория, которой владел Шломо. Танах прямо говорит, что это было сделано «по слову Господа, Бога Израиля, которое Он изрёк через раба Своего Йону бен Амитая, пророка из Гат-Хефера» — того самого Йону, который позже пойдёт в Нинве.
Объяснение дано тут же и звучит неожиданно: Господь увидел горе Израиля, что нет ни удерживаемого, ни оставленного, и не помощника у Израиля, — и спас его рукой Яровама. Не за заслуги царя: «он делал зло в глазах Господа, не отступил от грехов Яровама бен Невата».
Внешне это вершина. Изнутри — то, что видели пророки, работавшие ровно в эти годы. Амос из Ткоа: продают праведника за серебро и бедного за пару сандалий; лежат на ложах слоновой кости и пьют вино чашами; а суда в воротах нет. Ошеа бен Беэри: нет ни истины, ни милосердия, ни знания Бога в стране. Оба датируют себя днями Узияу, царя Иудеи, и Яровама бен Йоаша, царя Израиля.
Через тридцать лет после смерти Яровама Шомрона не станет. Расстояние между блеском и концом здесь — одно поколение, и пророки это расстояние назвали заранее.
О хронологии
Академическая история датирует это событие иначе. В эпоху царей расхождение не такое, как в персидский период: там «Седер Олам» короче примерно на сто шестьдесят пять лет, а здесь академическая хронология считает часть царствований совпадающими — отец и сын на престоле вместе, — и её отрезок от раскола царства до разрушения Храма выходит короче почти на три десятилетия. Поэтому разрыв нарастает: сто тридцать пять лет при расколе, сто пятьдесят четыре при Санхериве, сто шестьдесят четыре при разрушении. Опорные точки академического счёта — внешние документы: битва при Каркаре (853), дань Йеу на Чёрном обелиске (841), падение Шомрона (722), поход Санхерива (701), Мегидо и походы Невухаднецара по вавилонским хроникам (609, 605, 597). Обе даты показаны на ленте, когда включён слой расхождений.
Где об этом в Танахе
Источники
Танах
- Мелахим II 14:23–25 — сорок один год и возвращение границы по слову Йоны бен Амитая
- Мелахим II 14:26–27 — спасение дано не за заслуги царя, а по виду беды Израиля
- Амос 1:1; 2:6; 6:4–6 — пророк тех же лет: бедный за пару сандалий, ложа слоновой кости
- Ошеа 1:1; 4:1 — нет ни истины, ни милосердия, ни знания Бога в стране
Источники расставлены по уровню: сперва сам текст Танаха, затем Хазаль, затем позднейшие книги, документы и исследования. Ссылки на Танах и Талмуд открываются на Sefaria.
Упомянуты
Смотрите также
В одном поколении на двух царствах говорили четыре пророка. Они требовали не жертв, а справедливости — и оставили книги, которые читают три тысячи лет.
3205Изгнание десяти колен ассирийцамиПосле трёхлетней осады пал Шомрон, и Ассирия увела десять колен в Халах, Хавор и города Мидии. Северное царство перестало существовать; вернулись немногие.
3110Пророк Йона и раскаяние НинвеПророка послали к столице Ассирии, а он сел на корабль в противоположную сторону. Книга о человеке, убегающем от пророчества, стала главным текстом о тшуве и читается в Йом Кипур.
3169Узияу и Йотам: башни, землетрясение и порог, который не переступаютЦарь строит башни и водоёмы, заводит машины, «искусно придуманные», — и входит воскурить в Храм, куда царю входа нет. Его сын правит вместо него и всю жизнь не переступает того порога.